Алла Фиалкина. МОНАШКА - Измаильский ФОРУМ
Измаил Онлайн. Новости Измаила, погода в Измаиле, знакомства в Измаиле Погода в Измаиле на 10 дней Курс валют в Измаиле
загрузка...
Интересно

Заказать рекламу на этом месте

Поиск по сайту

Измаильская почта
Логин:
@izmailonline.com

Пароль:


(что это)
Зарегистрироваться

Рекламка (А1)

А Вы как думаете?
Кто должен править Измаилом?
Всего ответов: 528

Они читают И.О.


Заказать рекламу на этом месте

Именинники дня
Календарь праздников

Реклама (А2)


Заказать рекламу на этом месте

Это интересно
загрузка...

Реклама (А3)

Заказать рекламу на этом месте

Реклама (А4)

Заказать рекламу на этом месте

Поговори с Роботом

Реклама (А5)

Заказать рекламу на этом месте

Статистика сайта





Locations of visitors to this page


Rambler's Top100
Яндекс.Метрика

МЕТА - Украина. Рейтинг сайтов
Рейтинг@Mail.ru

Приветствую Вас, Подглядывающий · RSS 22.11.2017, 05:31



Форум "Измаил Онлайн" [ Новые сообщения · Протри экран для общения! · Участники · Правила форума · Поиск ]

Страница 1 из 11
Измаильский ФОРУМ » Профессиональный форум (литература, музыка, графика ...) » Авторская ПРОЗА измаильчан » Алла Фиалкина. МОНАШКА (г.Измаил)
Алла Фиалкина. МОНАШКА
maxterdesignДата: Понедельник, начало недельки, 20.09.2010, 15:31 |Как добавить фото в сообщение| Сообщение # 1
Альфа и Омега на этом сайте
Группа: Администраторы
Сообщений: 1922
Награды: 20
Статус: Вышел в реал
М О Н А Ш К А
Собравшись с силами, я отправилась за триста километров с надеждой пожить в женском монастыре и написать книгу об его обитателях. В дороге думала о том, какими должны быть судьбы монахинь, навсегда отрешившихся от мира, никогда не познавшие радость материнства.
В окно ярко светило солнце. Это был один из жарких июльских дней. Лето было прекрасным и обещало стать ещё прекраснее. Проезжая мимо водоёма, я с завистью наблюдала как люди, фыркая от удовольствия, плескались в воде. Неподалёку, мальчишки взмывали воздушного змея. Мой попутчик был старый виноградарь. Когда мы поравнялись с виноградниками, он сказал: «Такого лета, как это, - давно мы не видели. Если оно простоит таким же, вино мы получим как никогда».
С трудом пришлось подниматься по грунтовой дороге на холм, на котором величественно возвышался монастырь, обнесённой каменной оградой высотой в два человеческих роста. И, чем ближе подходишь к ней, тем выше и зловеще она выглядит.
На мой продолжительный стук в массивную калитку, вышла немолодая женщина в чёрном одеянии, видимо, исполняющая обязанности охранника. Я попросила проводить к настоятельнице и узнала, что её приёмные часы для мирян, такие-то, и такие-то. Ну, что же? Порядок, есть порядок.
Облюбовав уютное тенистое место под густым кустарником, я сложила свою поклажу и расположилась на отдых.
Настоятельницей монастыря была игуменья Прасковья. Очутившись в её кабинете, вернее, келье, увидела достаточно современный интерьер: на столе возвышался электрический самовар, пахло ладаном и пряными травами. На окне живые цветы, у стены стоял большой аквариум. К моему большому огорчению, разговор был недолгий. Узнав о причине моего приезда, она категорически ответила отказом, объясняя это тем, что своим вмешательством в жизнь монастыря я парализую налаженную жизнь монахинь, и мои расспросы им не к чему, - это, во-первых, и что я – неверующая, это - во-вторых. И при этом посмотрела на меня маленькими птичьими глазками.
Пришлось удалиться несолоно хлебавши. Бесспорно, я расстроилась, но и не думала опускать руки. Мне повезло в том, что удалось неподалёку снять дачу, и я со всей энергией принялась обустраивать своё новое жилище. Как всегда, по привычке вечером засела за ноутбук, занеся в него всё, что в течение дня видела, с кем говорила и что чувствовала. Это мой настоящий живой друг! Дай Бог, тысячу лет жизни людям, придумавшим Интернет! Не представляю, как современному человеку можно обходиться без него!
Перед сном, перед мысленным взором, ожило всё, что попало в поле моего зрения при посещении монастыря. Это ухоженный двор, в центре которого красовался колодец с резной крышей, от которого пахло свежей краской. Монашек я не встретила, очевидно, каждая занималась своим делом. В воздухе всё дышало атмосферой покоя. В глубине церковного двора виднелся вольер с бродячими собаками и кошками. Память унесла меня в далёкие края, которые я посетила пару лет назад. Такой же разряжённый воздух был в окрестностях города Геленджик. Особенно запомнились дольмены под названием «Солнечный» и «Лунный». На память о тех днях у меня осталось много фотографий. Это такие островки земли, где нет настоящего, где живо прошлое, и люди чтут эту старину.
Ранним утром я пришла под высокие стены обители в надежде с кем-нибудь познакомиться. Не раз кругами я обошла ее, замечая, что камни на северной стороне покрыты мхом. Уютно устроившись в зарослях орешника, я принялась ждать: оттуда хорошо была видна площадка перед входом. Много ли, мало ли прошло времени, но на моё счастье, открылась кованая калитка и я увидела выходящую монашку с плетёной корзиной. Силуэт в чёрном одеянии был так тонок, как погребальная свеча.
-Девушка, девушка, - поди ко мне, - окликнула её я из-за своего тайного укрытия.
Она, пугливо озираясь, медленно подошла и посмотрела на меня добрыми, голубыми, как озёрная гладь, глазами. На вид ей было лет пятнадцать.
-Ты меня не бойся, - желая её успокоить, попросила я – и подробно рассказала о том, что меня привело сюда, и что мне очень нужна её помощь.
- Чем же я могу вам быть полезной? - поинтересовалась она тихим, как шепот ветерка, голоском.
-Мне надо знать как можно больше о жизни монастыря.
На удивление, девушка с готовностью согласилась, её не надо было долго упрашивать. Пришлось сожалеть только об одном: у нас было очень ограниченное время для бесед.
-Я каждое утро хожу на базар за зеленью – это моё послушание, - опустив глаза, произнесла она.
-Мне представлялось, - вставила я, - что при каждом монастыре существуют наделы земли, где это всё растёт.
-Это так и есть, - подтвердила монашка. – По неизвестным причинам, семена не взошли, потому приходиться пока всё брать с базара, пока новая зелень не подрастёт.
Мне надо, чтобы она со мною оставалась подольше, не вызывая подозрений, и я вызвалась вместо неё покупать петрушку, укроп, пастернак к обеду. Чтобы не навлечь на девушку беды, наши встречи должны сохраняться в глубокой тайне.
Разговоры всегда начинались с порции мороженого, которым я угощала юную монашку, желая хоть чем-то её побаловать. Анна своим появлением озарила всё вокруг. Она, отвечая на мои вопросы, с интересом рассказала, что монастырь – это не лечебница и не собрание брошенных жён. Постриг – серьёзный шаг в жизни человека. В этот момент приносятся три главные обета: целомудрия, нестяжания и послушания. Даже если верующая уйдёт из монастыря, то обеты всё равно соблюдать должна. Она живёт со старицей, своей духовной руководительницей. Их монастырь даёт приют беспризорным, у них они находят материнскую ласку и заботу.
-Скажи мне, пожалуйста, Анна, что это значит - «жить по-монашески»?
-Это значит: читать правило, исполнять послушание, молится, постится.
-А сколько вас всего человек?
-Нас около ста монахинь разных возрастов и национальностей, есть даже доктора наук.
Всё больше увлекаясь, лучисто-голубые, сиявшие в начале рассказа глаза стали тёмными, голос её задрожал.
Встречая новую знакомую обещанным большим пучком зелени и порцией мороженого, я попросила Анну рассказать о себе. В ответ услышала холодеющий кровь, рассказ. Детство девочки прошло в невыносимых условиях в семье, в которой жестокий отец-алкоголик. Мать бессловесная, забитая и безвольная была не в состоянии справиться с ним. В доме, пышным цветом расцвёл и царствовал семейный террор. Она боялась его бросить, боясь о том, что не сможет одна поднять двух дочерей. Потому все молчали, а он пользовался слабостью близких. Первой не выдержала сестра Алевтина, которая на пять лет старше Анны. Как только открылись первые брачные агентства, так она сразу же подала туда свои документы, мечтая выйти замуж за иностранца и навсегда покинуть этот ад. Узнав о том, что мужчины за границей любят худых, сестра стала изводить себя всевозможными диетами. В конце концов, она превратила себя в голодные кости, обтянутые кожей. На радость Алевтины, ответ пришел из Австрии. Её мужем оказался человек, на десять лет старше сестры. Он увёз её к себе на родину, на небольшую ферму в Альпах. Там она выучила язык, родила двух девочек и стала полноправной хозяйкой дома. У Алевтины стабильна и налажена жизнь, и Анна по-хорошему завидует сестре и мечтает, что та когда-нибудь пригласит её к себе в гости.
- Скажи, милая, а как ты угодила в монастырь? – спросила я у девушки.
-Не поверите, Нина Васильевна, каждый день я молила Господа о том, чтобы он одновременно лишил жизни меня и отца. Не могу передать, как я его ненавидела! Как он мне был противен! От каждого слова меня тошнило. По складу характера, он относился к тем людям, которые всегда «против» - всё равно против чего. У него врождённая страсть противоречить. Но самое ужасное, это то, что когда он напьётся, то распускает руки, на теле не успевали сходить синяки. И вот, однажды я не выдержала и выпила уксус, чтобы больше не видеть и не слышать его никогда: вечных придирок, угроз, ночных скандалов. На беду – откачали, и стало еже хуже. У соседей в этом монастыре содержится дальняя родственница, и они привели меня сюда, сказав, что это всё-таки лучше, чем тюрьма. Они реально боялись, что я могла бы отца убить за все его злодеяния и издевательства. Представьте: вам ломают нос, а вы обязаны извиняться перед громилой за то, что испачкали своей кровью его белый кулак, - примерно таким было моё положение в семье.
В следующую нашу встречу, молодая монашка попросила называть её Натальей.
-Это твоё настоящее имя? Поняла… Помолчав, я спросила: «А почему вас называют инокинями?»
-Наверное, потому что это и есть иной мир – мир целомудрия, богопослушания. Молодую послушницу помещают в келью к опытной монахине, которая становится её матушкой – духовной водительницей и подругой.
-А что вы едите, Наталья, чем вас кормят? - поинтересовалась я вновь.
-Трапеза в монастыре в двенадцать часов, раз в день. Все собираются в трапезной за длинным столом, читают молитвы, а дежурная сестра во время еды читает житие святого, чей день празднуется. У нас еда скудная: мяса нет никогда, рыба – по праздникам. Но монахини не жалуются, да и пережить многим из них пришлось такие времена, по сравнению с которыми эти – рай. Кто-то сказал, что монахиня – это бытие для других. Наши сёстры ухаживают за беспризорными, бомжами: моют их, лечат.
-Я видела в приёмной келье игуменьи большой аквариум. Кто за ним ухаживает?
-За всякой живностью, в том числе, за аквариумом, ухаживает её помощница – матушка Надежда.
-Наталья, выполнишь мою просьбу?
-Да.
-Научи меня какую-нибудь молитву.
Немного помолчав, она произнесла – «Господи! Имя Тебе – Любовь: не отвергни меня, заблуждающего человека. Имя Тебе - Свет: просвети мою душу, омрачённую житейскими страстями. Имя Тебе - Мир: умиротвори мятущуюся душу мою. Имя Тебе - Милость: не переставай миловать меня».
Как насыщены, как ярки были эти дни!
Находясь на арендованной даче, я думала о мудрости этой девочки, которой на самом деле было не 15, а 19 лет: она согласна принять то, что уже есть. Примирение с тем, что уже случилось, - первый шаг к преодолению последствий любого несчастья.
Вечер, сузив день, открывает двери в ночь, в тишину, в забвенье: не спалось, и я вышла на террасу. Издали тянуло тихим и мягким теплом, пахло сеном.
Чтобы сочинять, необходима сосредоточенность. Обеспокоенность души съедает его. Почему-то на ум пришла притча, по которой реки и моря получают дань от сотни горных потоков. Главное в том, что они находятся ниже по уровню, поэтому-то и господствуют над всеми горными речушками. Так же, наверное, и умный человек, желающий быть выше людей, должен поставить себя ниже их. Надо мне, смирив гордыню, пойти к начальнице монастыря и поговорить о девочке: бедняжка чувствовала себя так, будто оправдывалась, что вообще появилась на свет. Я долго стояла и смотрела в пространство, слушая тишину. Самое большое богатство молодой монашки - её глаза! Глаза, способные осчастливить светом замечательного дружелюбия. Они искрились в возбуждении, печалились в минуты раздумья.
Это были глаза, самые ясные и самые добрые, которые я когда-либо видела у человека.
Вспомнились слова Тютчева о Гёте: «На древе человечества высоком Ты лучшим был его листом…». Как точно! Человек- это лист на огромном дереве. И то, что он, пережив весну, лето и осень, опадёт, никак не отменяет того, что дерево продолжает жить. Так и в нашем случае: церкви, монастыри стояли по всей земле до нас, будут стоять после нас - ведь это духовный стержень человечества! Спастись без веры нельзя! В разные сроки мы приходим к этому пониманию. Так, например, Пушкин только последний год своей жизни во всей полноте воспринял христианство. И, поздно к этому пришёл Достоевский. Наверное, надо выстрадать и пройти сложный путь, чтобы засветился внутри истинный свет. Много в истории есть личностей, которые переходили от крайнего атеизма к религиозности.
Что приснилось ночью, не помню, только чувствую, что в тело впились когти острые, орлиные. Утром, подойдя к зеркалу, грустно подумалось: «вот оно: здравствуй, старость…». Дети вырастают и покидают отчий дом, молодость проходит… Но если ты человек добрый, никому не завидуешь, идешь правильным путем, то и старишься красиво. Тысячу раз прав Бенджамин Франклин, сказав: «Когда вы делаете добро другим, вы в первую очереди делаете добро себе». Так что, лишь после шестидесяти будет видно, что ты собой представляешь, о чем думала, что делала... Есть на свете удивительно красивые старики с горящими умными глазами.

(продолжение следует)


Feci quod potui, faciant meliora potentes
[ (UA) ]
 

maxterdesignДата: Понедельник, начало недельки, 20.09.2010, 15:31 |Как добавить фото в сообщение| Сообщение # 2
Альфа и Омега на этом сайте
Группа: Администраторы
Сообщений: 1922
Награды: 20
Статус: Вышел в реал
Алла Фиалкина. "Монашка" (продолжение)

В урочный час, не дождавшись знакомой монашки, я с пучком зелени печально поплелась домой. Почему же девушка не пришла? Может быть, узнали о наших встречах и её наказали? День, облитый палящим солнцем, прошёл плохо. Ничего не поднимало мне настроения, ночью снились кошмары.
Задался новый день. Казалось, солнце исподлобья смотрело на меня. Сидя в своём тайнике, недалеко от знакомой каменной ограды, в ожидании Натальи, дыша намоленным воздухом этой обители, меня потянуло на размышление. Да, Библия самая древняя, мудрая и читаемая книга. Без знания Библии нельзя понять Моцарта и Рахманинова, Гёте и Толстого, Рублёва и Рафаэля. Одним словом, без изучения Библии нельзя стать культурным человеком. Книга эта создавалась в течение многих веков древними евреями, народами Ближнего Востока и Средиземноморья. Драгоценный опыт народной мудрости, заключённый в ней, помогал людям выжить тысячи лет назад и помогает жить сегодня.
Князь Александр Невский явился для Руси тринадцатого столетия подлинным ангелом-хранителем. В семнадцать лет он уже самостоятельно управлял Новгородской землёй, а жители искренне уважали своего юного правителя. Перед битвой со шведами Александр сказал свои знаменитые слова: «Нас немного, а враг силён, но Бог не с сильными, а с правыми». А правда была на стороне защитников своего Отечества! Именно в его честь в Санкт-Петербурге основана Александро-Невская Лавра.
А сколько верующим людям пришлось пережить в предвоенные и военные годы?! Слова Библии были для них заповедью и законом. Когда их бросали в застенки тюрем, они прижимали к груди Священное писание. Когда гнали на пытки, у них оставался спасительный остров – Бог! И его не могла, как ни старалась, изгнать земная власть.
Сегодня всё больше и больше появляется высокообразованных священников, владеющих множеством языков, психоанализом, современной литературой и искусством. И труд их не только, как говорится, во славу Божью, но и во имя людей.
Мирским людям трудно понять мотивы этого поступка – ухода в монастырь. Нам чудится, будто каждая монахиня хранит в себе какую-то трагическую любовную историю. На самом деле, всё сложнее и проще. Монастырь – это место духовного подвига, неугасимое светило Веры! Я знаю, что подобно тому, как вода омывает тело, так и покаяние очищает душу, но я, к сожалению, ещё не готова: что-то меня не пускает в церковь, но я искренне завидую верующим людям.
Подъезжающая к монастырю машина скорой помощи, прервала мои размышления. Дождавшись возвращения врачей, с тревогой спросила их: «Кто заболел?», и услышала в ответ, что заболела ангиной молодая монашка. «Её имя?» – невольно вырвалось у меня. Прошуршав своими бумагами, на ходу произнесли «Анна». У меня упало сердце, подкосились ноги. Доконала девочку своим мороженым, с горечью подумала я, с удивлением обнаружив, что к ней привязалась всей душой, так как девушка обладала милыми, хорошими качествами. У бедняжки было гнетущее тяжелое детство. Они жили не то что скромно, а за чертой скромности. Забитая запуганная мать, которая не может своему мужу-алкоголику отбоя дать, вечная нехватка денег, бескормица, болезни, скандалы и побои. Мне очень хочется помочь: – вряд ли ей, такой неискушённой и юной, только что начинающую жить, - здесь место. Воистину: ищите и найдёте; просите и дано будет вам; стучите, и отворят вам! Однажды Шекспир сказал: «Мрачное небо без бури не очистить».
Вновь мы встретились только через неделю.
-Наталья, я рада, что ты поправилась. Извини, что из-за меня.
- Совсем нет, - запротестовала она.
-Любой роман строится на любовной интриге. Может ли быть любовная история в монастырских стенах? – спросила я.
Опустив голову, она немного помолчала, потом её глаза вспыхнули счастливым светом.
-Ну вот, Нина Васильевна, слушайте. В одну нашу послушницу с большими, зелёными, как у куклы глазами, влюбился прекрасный юноша. Он забирался на высокий дуб и оттуда бросал письма на монастырский двор. Это была любовь запретная. Монашка усердно, со слезами на глазах, молилась. А засыпая, сжимала в руках его записочки…
Наступила тишина, потом Наталья продолжила и рассказала грустным тоном о том, что однажды того дерева не обнаружили. Его спилили. Парень перестал приходить, он окончил училище. Получив средне-специальное образование, устроился на работу и в первый отпуск направился в столицу, надеясь получить у протоирея разрешение на женитьбу на монастырской послушнице. И, представьте, Нина Васильевна, такое разрешение он, к счастью, получил. Мы впервые увидели её, нашу Марию, не в чёрном, а белом платье. Как она была прекрасна! Как они вдвоём были счастливы! В нём, своём избраннике, она чувствовала опору, которая не даст ей сбиться с пути.
У меня подступил ком к горлу, и навернулись слёзы.
-Ты - то сама познала первый поцелуй? В кого-нибудь влюблялась? – спросила я.
-Не целовалась, это правда, но первая любовь была. В школе я влюбилась в физкультурника, как впрочем, и многие девчонки.
-Чего бы тебе хотелось в жизни? – не унималась я.
-Мне бы хотелось учиться, иметь семью, а меня – с грустной улыбкой добавила она, - как крыловского «чижа захлопнула злодейка - западня». Что же тут поделать… Одной рукой узла не развяжешь…
-Только, Наталья, прошу: не надо бояться жить. Если ты убедила себя в своей несостоятельности, с таким же успехом запри себя в шкафу и выбрось ключ на дно моря-океана. Никогда ничего не бойся. Исходная точка силы всегда в настоящем моменте, в тебе самой.
Девушка порывисто с благодарностью обняла меня, и я постаралась её утешить: «Всё у тебя будет хорошо, ты только не унывай. Я сделаю всё что могу, чтобы вытащить тебя отсюда». Так мы сидели, обнявшись в тени орешника, как вдруг услышали невообразимый шум, разорвавший тишину и наше уединение. На нас, как гроза, надвигалась игуменья Прасковья со своею свитой. Они ожесточенно размахивали руками, пронзительные голоса страшно царапали уши. Несчастная монашка задрожала, как осиновый листок. Они выхватили лежащую у меня на коленях тетрадь, разорвав её в мелкие клочья и предав анафеме меня, и мою рукопись. Я – то ладно, переживу, но я стала невольной причиной страданий девочки, которую успела полюбить как дочь. Здесь она находиться почти год, только лишь потому, что ей некуда деться. Я твёрдо приняла решение участвовать в дальнейшей судьбе монашки Анны, в миру – Натальи. Когда её, со слезами на глазах, оттаскивали от меня, то последними её словами были: «Пожалуйста, спасите меня!». Я от растерянности и внезапности происходящего, не успела и полслова сказать. На этом моё паломничество подошло к концу.
Прошло время. Когда представилась первая финансовая возможность, я поехала в родной город Натальи, с целью отыскать её родственников. Рукопись – то уничтожили, но в ноутбуке сохранились адреса, номера телефонов, которые девушка огласила во время наших разговоров. Так, я нашла дом, в котором выросла она. Меня встретила удручающая картина – за столом пил страшный мужчина с почерневшим от горя, лицом. Оказалось, он отмечает поминки по жене, которую сам же и вогнал в гроб. Объяснив цель моего визита, он даже не пошевельнулся. По- моему, у него были притуплены все чувства: остался один как перст, никому не нужный, больше издеваться не над кем… Долго не хотел давать адрес дочери, живущей за границей, пока я за него не заплатила. Не понимаю людей жадных к деньгам: те, кто боится с ними разлучаться, им приток новых денег не ждать. Ведь в полный стакан нельзя налить ни капли… Должен происходить обмен денег в природе.
Написав письмо старшей сестре Натальи – Алевтине, - я долго ждала ответа. Наконец в один прекрасный день она сообщила из Австрии, что выслала переводом деньги на оформление документов на постоянное место жительства, к ней.
Перед глазами отчётливо встал монастырь, когда я с тяжёлым сердцем покидала эти места. Голова, казалось, была набита ватой. В горле горело, и с этим ничего нельзя было поделать. Было ощущение, словно мне дали пощёчину или вывалили в собачьих кучках. Стыд за них, взбешённых верующих людей жёг меня, словно перец. «Спасите меня!», звучали в ушах прощальные слова беззащитной Натальи, с мольбой, простирающей ко мне руки. Тогда внезапно разразилась гроза, очищая всё вокруг, затем по небу разлилась радуга, концом своей дуги упершись в горизонт.
С пригорка Анна – Наталья в последний раз посмотрела на церковный приют нескольких месяцев её жизни, которые она хотела бы поскорее забыть. В памяти возникло, как скользят в утреннем тумане по дорожкам тёмные силуэты, словно приведения. Как монахини кладут земные поклоны, как ссорятся из-за куска хлеба…
Над головой парило мягкое небо, словно шатёр господний. Добрые лучи солнца согревают поля и луга. Девушка с удовольствием подставила своё лицо нежным тёплым лучам. Всюду царствовало неописуемое великолепие цветов. В золотом блеске света шелестели деревья. Ей хотелось полной грудью вдыхать свободный воздух новой жизни, воздух перемен!


Feci quod potui, faciant meliora potentes
[ (UA) ]
 

Измаильский ФОРУМ » Профессиональный форум (литература, музыка, графика ...) » Авторская ПРОЗА измаильчан » Алла Фиалкина. МОНАШКА (г.Измаил)
Страница 1 из 11
Поиск:

Карта сайта - RSS - Опечатки - Разработчикам - Партнеры - FAQ - Связь с администратором
Изготовлено и морально поддерживается студией "FolkWEB" © 2009-2017
При копировании материалов сайта просьба указывать в материале ссылку http://www.izmailonline.com/
Сайты, размещающие материалы "Измаил Онлайн" без ссылки, будут преследоваться по закону об авторском праве в цифровую эпоху (DMCA)